А вчера я в некотором роде потерял девственность: первый раз в жизни сел на мотоцикл — на небольшую смешную эндурку.

Впечатления странные. Отпускать сцепление, не заглохнув, получилось раза с пятого. Разобраться с передачами до конца, кажется, так и не получилось. Но оно ЕДЕТ, и едет совершенно не так, как едут бешеные табуретки и прочие мопеды, и сидеть на нем, как ни странно, гораздо удобнее (в отличии от скутера, велосипедные навыки отработки поворотов и неровностей дороги тут используются очень активно) и вообще интереснее.

Надо бы еще.

— Кстати, а ты не в курсе, кто утром перевернул мне пепельницу и уронил трубку?
— О блин, я забыла убрать. Это собачка бежала, хвостиком махнула…
— А, то есть, я зря облаял кошку?

Совсем забыл, что у меня завалялась половина упаковки «Balkan Latakia» от Stanislaw, а зря.

Незаслуженно малоизвестная смесь, очень «английская» и копчено-смоляного латакийного вкуса в ней больше, чем в петерсоновском «Old Dublin» или в ныне, кажется, безвозвратно исчезнувшем данхилловском «Early Morning Pipe». Очень простой, довольно легкий и очень вкусный табак.

На мой вкус, он идеально сочетается с пуэром — совмещение копченого дыма и «земляного» чая получается очень правильно домашним и основательным таким.

Собрал Ленке компутер взамен залитого котом ноутбука — кажется, первый раз в жизни не собрал из того, что попалось под руку, а пошел в магазин, купил комплект и собрал. Непривычное ощущение.

Еще более непривычное зрелище — винда, которая не тормозит. По бенчмарку семерки — 7.2 при максимальной 7.9. Слабым местом, как ни странно, оказалась взятая напрокат Nvidia Quadro — 4.2 попугая, но в игрушки на этой машине не играть.

Особенное удовольствие — твердотельный винчестер, насчет которого я долго сомневался и таки решил взять (OSZ Agility, 128G, исключительно под систему и часто используемые программы). Тестов пока не гонял, но общее впечатление самое благоприятное — семерка (32bit, Home Basic) грузится секунд за пять-шесть, OpenOffice — меньше секунды. Если при этом SSDшка проживет хотя бы полгода (я, разумеется, знаю все про их надежность и первым делом настроил резервное копирование) — она себя окупит. Начинаю думать об использовании SSDшек и на офисных машинах — уж очень заметен прирост производительности.

И, чтобы два раза не вставать — cходил на rutracker посмотреть, что там нынче лежит и был изрядно удивлен. Оказывается теперь раздачи с Win7 даже не закрываются «по требованию правообладателя», а прибиваются сразу и весьма оперативно — ни одной живой раздачи нет. Серьезно там у них стало, да.

Вижу валяющийся на столе купон, читаю: «данный купон дает вам право на получение саба». Сильно удивляюсь, протираю глаза… а, нет, это просто реклама Subway.

— О! Слышишь? Это же Sisters Of Mercy!
— Не знаю. Первый раз слышу. Я не разбираюсь в современной музыке.
— Да ты чо! Это же самое начало пост-панка, конец семидесятых. С них вообще пост-панк чуть ли не начался.
— Не знаю. Я не разбираюсь в современной музыке. Я джаз люблю.

Так и живем.

В салон XC70, оказывается, вполне комфортно помещается гик от «Рикошета» и даже остается место для пассажира. Я опасался, что придется что-то придумывать на крышу (багажными поперечинами я пока не обзавелся, а надо бы, кстати), но нет, влез в салон.
Хорошая машинка, вместительная.

Дожив почти до сорока лет, внезапно осознал, что галстук-бабочка завязывается ровно тем же самым узлом, что шнурки ботинок.

Какое, все-таки, несуразное создание — "малярийный" комар. Не тот, который по-настоящему малярийный, а этот, как его… косиножка с крыльями. Потешаюсь над комаром, который пытается сесть на стену. Попытки с пятой сел, уцепился и попытался пойти по стене. но так как он совсем не муха, то, отпустив одну из ног он, натурально, падает вниз, на пол. Даже не пытаясь полететь в процессе падения — просто шмяк.

Но самое мизерабельное насекомое — это лосиная вошь, она же оленья кровососка.

Вы только подумайте — в августе в лесах средней полосы массово выводятся насекомые, цель жизни которых — найти подходящего лося (на человеке они, как известно, не живут), пролететь до него, напиться его крови и продолжить свой род. Вшей этих лосиных — миллионы, а сколько у нас тех лосей?

И это еще не все. Представьте себе: в один прекрасный летний день юная вошь узнала, что главная и единственная цель ее жизни — достигнуть лося. Выросла, повзрослела, обзавелась какими-никакими, но крыльями, взобралась на куст или высокую травинку и ждет — повезет ей или не повезет. Пройдет мимо лось — или жизнь ее окажется напрасной. Проходит время, наступает зрелость, не за горами и старость — а вожделенного лося все нет. И вот, уже на закате, видит вошь вдали, там, за кустами, долгожданное шевеление. Идет! Идет лось! Вошь срывается с куста, расправляет крылья и летит, летит в свой единственный в жизни полет к своему единственному в жизни лосю. Полет — ерунда, это всего лишь средство, а в конце полета — цель, которую не смогли достичь миллионы таких, как она.

И вот приземляется она на продирающуюся через кусты тушу, гладит лапками шелковистую шерсть, сбрасывает ненужные крылья, пытается приникнуть к коже — и понимает вошь, что это — не лось. Это человек. Несъедобный, отвратительный, совершенно ни на что не пригодный человек. И крылья уже обратно не приставишь — нет у нее больше крыльев.

А человек, матерясь, выпутывает вошь из волос, давит ее ногтем и даже не догадывается, свидетелем какой великой трагедии он только что стал — куда там всем кризисам среднего возраста…

Очень знакомая ситуация, да.

Выпуск le Figaroот 14 февраля 1898 года, рисунок Каран д’Аша «Семейный ужин». Подписи под картинками:
— Но. Давайте только не говорить о деле Дрейфуса.
— И все же…

Via

— Коллега А., напоминаю, что Вас с нетерпением ждет коллега N. Она уже продолжительное время бьет своим очаровательным копытцем и скоро придет Вас бодать.

Что-то я в последнее время начинаю заводиться с пол-оборота даже по тем рабочим вопросам, которые того не требуют. Либо в отпуск надо, либо работу менять.