Я вычеркиваю друзей из ленты по двум причинам: «за тесты» и «за политику».
Если с первым все ясно — человек, который считает нужным рассказать мне только то, какая он лошадь или какой он пушистик, наполняет мою ленту мусором, то с интересующимися политикой сложнее. Хотя… хотя, пожалуй, это довольно похожие виды информационного мусора.

C «Бегущим городом» нам хронически не везет.

В позапрошлом году посреди маршрута сдох термостат на шестерке.
В этом — сунулся под фуру на Обводном канале. Передок — вдребезги, от фуры же отвалился катафот.

А еще сегодня нашла у подъезда говнокию.

На непродолжительном семейном совете было решено не портить карму и ответить на звонок владельца, каковой вскорости и воспоследовал. Мужик, потерявший девайс у соседнего подъезда, был крайне удивлен, что мы ВООБЩЕ НИЧЕГО НЕ ХОТИМ за возврат мобилки. «Ну, хоть на пиво-то возьми? — Да не, спасибо, у меня есть деньги на пиво.»

Денег на пиво, конечно, не до фига, но если бы они были нужны — я бы отнес телефон в скупку, не так ли? :)

А еще, подсмотрев у тэг «мыслете«, подумал, что неплохо было бы подобрать тэги по всему алфавиту. Начиная вот прямо с «аз» — вместо традиционного «лытдыбр».

Один из эффективнейших способов борьбы с осенней хандрой и сплином — три часа ночной трассы. Дальний свет фар ловит красные клены среди сплошной желтизны леса, кошки в придорожных деревнях таращатся на свет фар (а вы знаете, с какого расстояния видны на шоссе изумрудные кошачьи глаза?), в магнитоле J.J. Cale сменяется Клэптоном, а колеса считают выбоины и километры.

Бьёркезунд закрыт туманом. Столб света из фонаря, направленного в небо, обрывается метрах в двадцати, как обрубленный, и сквозь него летят желтые листья. Потрескивает буржуйка. Храпит под столом пес.

Осень.