О петербургских традициях и радикальных решениях

Стоял в центре Петербурга дом — дом как дом, каких много. Модерн, начало двадцатого века, квартиры по десять комнат (теперь, понятно, коммунальные). Парадный подъезд — для публики почище и черный — чтоб прислуга ходила, дрова вносились, мусор выносился, все вот это вот.

После революции, понятно, публика почище куда-то делась, а остальные (включая и вновь вселившихся жильцов) по-прежнему выходили на улицу через парадную лестницу, а всякий мусор носили по черной — как ни старайся, а из мусорного ведра что-нибудь да упадет незамеченным, получится нехорошо. Ну, котики там жили, ясное дело, крыски — не без этого. Говорят, ходили еще старьевщики — но их я уже не застал. Но черную лестницу мыли каждый день, возле своих площадок — жильцы, а ступени — дворник.

И вот в середине девяностых вселился на черную лестницу бомжик. И вольготно так вселился — на площадке второго этажа огранизовал себе столовую, на третьем — спаленку, а на первом этаже, извините, клозет себе обустроил — живой человек все-таки, надо же ему где-то.

Жильцы такому соседству, понятно, не обрадовались и стали жаловаться — мол, антисанитарно. Пришел участковый, выставил бомжика на улицу, развернул в соответствующем направлении, придал соответствующее ускорение и отбыл. Бомжик, понятно, потирая ушибленное, подождал малость и опять вселился — пары часов не прошло. На следующий день пришел участковый — и все повторилось. И через день. И через неделю. Участковому это, понятно, надоело и решили они с ЖЭКом решить проблему радикально. Пришел из ЖЭКа плотник и заколотил к херам дверь на лестницу черного хода.

Теперь, стало быть, через парадную лестницу стали не только в театры ездить, а и мусор выносить всякий. А мусор — он нет-нет, да и упадет на ступеньку, а дворник-то не каждый день приходит, сами понимаете. А если на лестнице по углам мусор лежит — то кому-то из несознательных жильцов в те же углы и сам мусорный пакет вывалить незазорно — все равно ж говно кругом, правда? Оттого, понятно, крыски. От крысок, опять же, котики, блошки и прочие микробы. Ну и запах, понятно. А чужой человек с улицы зайдет — так и нужду справит (из жильцов, может, кто тоже участвует, но лично не видел, врать не буду).

А бомжик? А ему что — через соседний подъезд на чердак, с чердака — на черную лестницу. И теперь у него на третьем этаже — спаленка, на четвертом — библиотека, на пятом — гостиная, а на шестом — прихожая. А на первом и втором этаже — клозет. Живой человек все-таки, надо же ему где-то.

Ископаемый снежный человек

Quantum Bigfoot. Пятидюймовый жесткий диск (рядом, для сравнения — ноутбучный на 2.5″), 1.2G, IDE, made in Japan.

Куплен в 1996-м, уже бэушным, долгое время проработал в фидошной станции, затем в десктопе, с 2002 года лежал на полке. Только что подключил, проверил — жив. Все данные целы.

Умели делать в старину.

О гомеопатии и прочем

Как-то меня мой котик сильно обидел за руку. А котики, как известно, зубов не чистят и когтей не стригут — и руку через положенное время раздуло самым гадким образом. И пошел я по страховой к ближайшему хирургу, и ближайший хирург оказался в гомеопатической поликлинике (не спрашивайте, что он там делал). И осмотрел меня хирург, и выписал кучу всяких антибиотиков вовнутрь и вовне, и под конец, последний рецепт выписывая, спрашивает меня:
— А в гомеопатию вы верите?
— Да, гм, как вам сказать, доктор. Скорее нет, чем да.
— Вы знаете, я вам все-таки сейчас еще вот этот хренококциннум выпишу. Помочь он — не поможет, а помешать — не помешает.

Тут должна была бы быть мораль, но вы уж сами, пожалуйста.

О профессиональном восприятии информации

Присылаю Л. ссылку на фото — просто ссылку, без комментария.
— Это кто, РУРК?! Не может быть. Никогда бы его не узнала.

Профессионализм не пропьешь — настоящий редактор узнает ньюсмейкера по новостному поводу.

О положительном фидбэке

Друзья, у меня есть проблема и я хочу о ней поговорить. Как некоторые из вас, возможно, догадываются, уже некоторое время я занимаюсь фотографированием. Занимаюсь исключительно в качестве хобби и не претендую на уровень выше «слегка продвинутый любитель», но это занятие для меня важно и занимает существенную часть моей жизни.

Мне хочется как-то повышать качество отснятого — в том числе и за счет закона перехода количества в качество, в каковой закон я свято верую. И вот тут-то и возникает проблема. Куда, собственно, девать отснятые кадры?

Все, что я считаю достойным публикации, я выкладываю либо сюда, либо в фейсбук, либо в vk, либо на все три платформы сразу и фидбэк, который я ожидаю получить (лайки, комментарии и тому подобное), совершенно не коррелирует ни с затраченными усилиями, ни с моей собственной оценкой фотографий, ни с какими-либо более-менее очевидными критериями фото. Условно говоря, девочка на пляже, щелкнутая мобильником через Instagram, собирает существенно больше лайков, нежели кадр, за которым я два часа ехал в ебеня, час снимал и еще час обрабатывал. Фидбэк же (неважно — положительный или отрицательный) для меня важен.

Что, собственно, мне делать? Сопровождать каждую публикацию просьбами о перепостах, лайках и обсуждениях — не очень готов, признаться, по этическим причинам. Пытаться обходиться без обратной связи вообще? Тогда исчезает единственная причина публиковать фото. Искать какие-то другие площадки, сообщества и сайты для публикаций? Возможно, но — какие? Перестать таскать с собой тяжелую зеркалку и все потребности запечатлевать окружающий мир ограничить инстаграммированием котиков, машинок и чужих сисек? Вариант, да. Но какой-то очень обидный вариант. Что-то еще? Не знаю.

Мне действительно очень нужны ваши советы.

Update: Пост, собственно, не о том, почему меня не лайкают. Пост о том, где брать эту пресловутую обратную связь в описанной ситуации.

Обещанный отчет по прогулке на Киперорт

Как известно, лучший способ разгрузить голову — максимально нагрузить туловище. Прошлая неделя у меня получилась, мягко говоря, напряженной и я решил слегка покататься по Киперорту, чтобы проветриться. Маршрут поставленной задаче отвечал полностью — тридцать пять (по карте, на деле оказалось почти тридцать девять) по пересеченке, на самый северный мыс, на который я очень давно собирался съездить, да все как-то ноги не доходили. Выехал после шести, когда жара уже начала спадать, запасся водой и поехал.

На въезде в лес встретил пожарную машину, ехавшую навстречу. Заподозрил неладное, и не зря — километров через пять наткнулся на полосу выгоревшего леса — уже потушенную, но парящую и местами дымящую. Еще через пару километров встретил "Ниву" местного егеря, объезжавшего результаты пожара — перекинулись парой слов, я рассказал, как обстановка там, откуда я ехал, он сообщил, что загорелось на одной из стоянок, сгорело три машины (счастье, что без владельцев). Лес сейчас стоит сухой, как порох, а дорогие сограждане о пожарной безопасности в лесу беспокоятся, увы, далеко не всегда.

Последняя треть дороги до мыса оказалась самой сложной. Местами дорога пересекает болотища, которые размывают ее до состояния "полметра жидкой грязи в глубину" (напомню, что дождей не было недели три как минимум, и что здесь творится в дождливые сезоны — думать боюсь). Эти полметра разъезжены джиперами и квадроциклистами до совершенно непроезжего состояния, байк приходилось местами переводить вброд, а местами — и переносить. Комары, подстерегающие спешившегося велосипедиста, удовольствие от процесса преодоления бродов не увеличивают, но помогают сохранять хороший темп. На автомобиле сюда соваться смысла нет — пройдет только подготовленный внедорожник.

Чуть менее неприятное, но не менее мешающее препятствие велосипедиста ждет дальше — полосы сухого сыпучего песка. Велосипед в нем не едет, влететь в такую полосу с разгона чревато резкой остановкой, заносом а, если зазеваешься — и падением. Среди песка встречаются неприятные валуны, поймать которые в заносе категорически не хотелось — в паре мест я особенно сильно пожалел, что оставил шлем на базе (эту ошибку больше не повторю).

Дорога выходит на восточное побережье Киперорта и идет вдоль него. Справа виден Выборгский залив, на горизонте — новопостроенный нефтепорт Высоцка и танкеры на рейде (оказывается, трафик там не менее плотный, чем в Приморске).

Доезжаю до северного мыса, минут сорок там отдыхаю, купаюсь, фотографирую и коммуницируюсь (сотовая связь в середине полуострова отсутствует практически полностью, а на мысу долетает сигнал с северного берега Выборгского залива). На мысу дорога заканчивается, видны признаки финских построек и следы окопов, но я к тому времени настолько вымотался, что заниматься практической историей™ поленился — в следующий раз.

Обратная дорога получается чуть сложнее — я решил проехать не лесной, а основной автомобильной дорогой, и в том жестоко раскаялся. На основной дороге (см. карту) значительно больше песчаных участков и пройти пешком пришлось в общей сложности чуть не километр. Очень приятен выезд из леса на западное побережье — плавный спуск километра два длиной с интересными поворотами.

В целом дорога получилась очень интересной — рельефа ровно столько, сколько нужно для хорошей тренировки, виды разнообразные и безумно красивые, но вымотался я очень качественно — сорок километров превышает мой личный рекорд дальности по асфальту, а грунтовка, грязь и песок увеличивают нагрузку раза в полтора, а то и больше.

Выводы:
— Надо повторить.
— Надо подумать о замене резины, а лучше — попробовать проехать маршрут на чем-то более внедорожном, чем 28" на сликах.
— Воды брать с запасом — полутора литров на эти сорок километров хватило впритык, пришлось даже экономить.
— И вообще, надо задуматься над питьевой системой. доставать флягу на пересеченке с булыжниками весьма чревато.
— Без шлема в лесу делать нечего. Ветки вверху и камни внизу — штука малоприятная.
— Обязательно возить с собой быстрые углеводы. На последней четверти маршрута дико хотелось съесть чего-нибудь сладкого, но в этот раз ничего с собой взять не догадался.
— Репелленты — вещь полезная.
— Надо бы озаботиться как минимум длинными велоштанами. В велошортах ноги сильно страдают от кровососов и веток.
— Надо повторить.

Карта, трек и таймлайн, если кому интересно (кликабельно):

.